Боевые действия на море в ходе арабо-израильской войны 1973 г.

Экзетер

Материал предоставил: автор

Источник: публикуется впервые,написано специально для Альманаха

Боевые действия на море в ходе арабо-израильской войны 1973 года занимают особое место в мировой военно-морской истории. Впервые главным оружием противоборствующих флотов были противокорабельные ракеты (ПКР) и впервые в морских боях широко применялись средства радиоэлектронной борьбы. Тем не менее, события 1973 года наглядно показали, что даже при использовании принципиально нового вооружения основные законы морской войны остаются незыблемыми и непреходящими.

Непосредственной причиной возникновения войны 1973 года между Израилем и коалицией арабских государств во главе с Египтом было стремление арабов, и прежде всего, нового президента Египта Анвара Садата, ликвидировать тяжелейшие для арабской стороны условия поражения, понесенного ею в ходе "Шестидневной войны" в июне 1967 года, освободив оккупированные тогда Израилем территории (Синайский полуостров, Голанские высоты, Западный берег реки Иордан, сектор Газы и Восточный Иерусалим).

При активной поддержке СССР после 1967 года было произведено массированное перевооружение и увеличение боевой мощи вооруженных сил Египта и Сирии, что к 1973 году, по мнению лидеров этих государств, создавало возможности для тогчтобы попытаться взять реванш у Израиля и путем нанесения ему хотя бы ограниченного военного поражения попытаться вынудить израильскую сторону к переговорам на условиях арабской стороны.

В соответствии с этим замыслом, египетским военным руководством был разработан план "Бадр" ведения наступательных боевых дейcтвий на Синайском полуострове, который должен был быть дополнен ударом сирийской армии по Израилю с севера. Важнейшая роль в этих замыслах арабского командования отводилась фактору внезапности, огромное значение которого было наглядно продемонстрировано арабам Израилем в 1967 году.

Стратегической внезапности в 1973 году арабам вполне удалось добиться. Этому способствовали и серьезные просчеты в оценке военно-политической ситуации, допущенные тогдашним израильским руководством, не верившим, что после неоднократно понесенных поражений Египет и Сирия осмелятся на развязывание широкомасштабных боевых действий против Израиля.

Дополнительным дезориентирующим фактором для израильтян стало происходившее тогда по инициативе Садата ухудшение советско-египетских отношений и отзыв из Египта в 1972 году советских специалистов - с израильской точки зрения, потеря подпорки "старшего брата" делала любые самостоятельные военные акции Египта тем более малореальными ималоэффективными. Поэтому внезапный удар, нанесенный днем 6 октября 1973 года, в еврейский праздник Йом Кипур, египетскими и сирийскими войсками, во многом застал Армию обороны Израиля врасплох.

Здесь нет нужды подробно останавливаться на ходе боевых действий на сухопутном фронте. Напомню только, что после первоначальных успехов арабских армий, выразившихся в продвижении сирийцев на Голанских высотах и в успешном форсировании египтянами Суэцкого канала и преодолении ими "Линии Бар-Лева", израильские войска смогли уже через несколько дней перехватить инициативу и перейти в решительное контрнаступление на противников.

10 октября Израиль нанес эффективный контрудар на сирийском фронте, а на египетском 16 октября части израильской армии смогли сами преодолеть Суэцкий канал в противоположном направлении, создав быстро наращиваемый плацдарм на его западном берегу и угрожая отрезать все египетские силы на уже освобожденной части Синайского полуострова. После этого арабская сторона запросила перемирия при посредничестве ООН, которое и было окончательно достигнуто 24 октября 1973 года.

Несмотря на явное количественное превосходство противника (с арабской стороны действовало до 1300 тыс.чел личного состава, около 5200 танков и 1100 боевых самолетов против 415 тыс.чел, 2000 танков и 520 самолетов с израильской), вооруженным силам Израиля за счет лучшей подготовки, организации и управления, а также определенного качественного технического превосходства, удалось добиться перелома в ходе войны 1973 года в свою пользу, фактически лишив Сирию и Египет плодов их первоначальных успехов, хотя армии этих государств и продемонстрировали значительный прогресс в боеспособности по сравнению с кампаниями 1956 и 1967 годов.

Хотя роль военно-морских сил сторон в войне 1973 года была ограниченной и действия флотов не оказали значительного влияния на ее непосредственный ход, тем не менее, в боевых действиях на море наглядно проявились те же тенденции и те же факторы в пользу израильского превосходства, что и на суше и в воздухе.

ВОЕННО-МОРСКИЕ СИЛЫ ЕГИПТА И СИРИИ В 1973 ГОДУ

Со второй половины 50-х годов строительство ВМС обеих крупнейших арабских противников Израиля велось почти исключительно с помощью Советского Союза, с опорой на советские доктрины и поставки материальной части. Таким образом, оба флота были в значительной степени унифицированы друг с другом, тем более, что и Сирия, и Египет короткое время (1958-1961 годы) являлись частями одной Объединенной Арабской Республики.

ЕГИПЕТ. После разрыва советско-индонезийских отношений в 1965 году Египет стал крупнейшим зарубежным получателем советской военно-морской техники, что обуславливалось исключительно важным геостратегическим положением этого государства, контролирующего одну из главнейших мировых морских транспортных артерий - Суэцкий канал. В то же время главный враг Египта - Израиль - находился в огромной зависимости от импорта морским путем грузов как военного, так и гражданского назначения. Отсюда вытекала двоякость задач, возлагаемых на ВМС Египта: с одной стороны, защита Суэцкого канала и поддержание нормального режима судоходства по нему, с другой - блокада с моря "сионистского образования"

После поражения Египта в войне 1967 года и оккупации Израилем восточного берега Суэцкого канала судоходство по каналу было прекращено, и первая задача стала неактуальной для египетского флота, что, однако, теоретически позволяло ему полностью сосредоточиться на решении наступательных задач.

Основой ВМС Египта в полном соответствии с советскими представлениями являлись подводные лодки, боевые катера и береговые ракетно-артиллерийские части, подкрепленные относительно небольшой группировкой более крупных кораблей. Численность личного состава ВМС к началу войны составляла около 14 тыс. чел.

ДПЛ пр.633

Подводные силы на октябрь 1973 года насчитывали 12 средних дизель-электрических торпедных подводных лодок советской постройки 50-х - начала 60-х гг - шесть пр.633[1] и шесть пр.613[2].

Ядро надводных сил составляли пять эскадренных миноносцев - четыре советской постройки начала 50-х гг пр.30бис (Al Nasser - бывший Отчаянный, Damietta - бывший Бессменный, Suez - бывший Бурный, Al Zaffer - бывший Сметливый), причем первые два, полученные в 1968 году, были модернизированы по пр.30БА[3], а также El Fateh - бывший английский Zenith, вступивший в строй еще в 1944 году[4].

ЭМ пр.30бис

Класс фрегатов был представлен четырьмя разномастными бывшими английскими кораблями времен Второй мировой войны - Port Said (бывший эскортный миноносец Cottesmore типа Hunt), El Tariq (бывший шлюп Whimbrel типа Black Swan), Rashid (бывший фрегат Spey типа River), El Sudan (бывший корвет Mallow типа Flower).

Однако главной ударной силой на 1973 год являлись 19 ракетных катеров советских проектов - 8 пр.205 и 11 пр.183Р, переданные СССР с 1962 по 1967 годы[5] и вооруженные ПКР П-15 (4К40). Кроме того, имелось 42 торпедных катера (шесть пр.206, 26 пр.183, четыре пр.123К и шесть югославского пр.108)[6] и 12 противолодочных катеров пр.201М.

ТЩ пр.254

Минно-тральные силы включали десять морских тральщиков (шесть пр.254 и четыре новых пр.266Э)[7], два рейдовых тральщика пр.255К и два катера-тральщика пр.361Т.

Для проведения десантных операций предназначались 15 малых десантных кораблей (десять пр.106К и пять пр.106) и 18 десантных катеров типа LCM.

Вспомогательный флот в Египте практически отсутствовал за исключением учебного корабля-яхты El Horria (бывшая королевская яхта Mahroussa), построенного еще в 1865 году и являющегося и по сей день старейшим кораблем ВМС в мире, а также нескольких барж и рейдовых буксиров. В состав Береговой охраны входили три небольших патрульных корабля типа Nisr, построенных в Порт-Саиде в 1963 году. Во время боевых действий 1973 года египетское командование привлекло для использования в качестве патрульных, десантных и транспортных средств довольно значительное количество мелких промысловых судов, а для обеспечения действий своего флота в Красном море - и несколько торговых судов.

Характерной особенностью дислокации ВМС Египта было ее разделение между Средиземным и Красными морями, причем основные силы традиционно находились в средиземноморских базах - Александрии и Порт-Саиде. До 1967 года маневр кораблями и катерами между обеими морями по Суэцкому каналу не представлял для египтян никакой сложности, но с прекращением судоходства по нему египетская группировка на Красном море оказалась фактически отрезанной и изолированной, и могла пополняться только путем перевозки небольших единиц по суше (переходы вокруг Африки египетским флотом почти не практиковались).

ДПЛ пр.613

Поэтому к октябрю 1973 года основу ВМС Египта на Красном море составляли корабли, которые были туда переведены еще до "Шестидневной войны" - две подводные лодки пр.613, эскадренные миноносцы Suez и Al Zaffer пр.30-бис, фрегат El Sudan[8], а также четыре ракетных катера пр.183Р, три противолодочных катера пр.201М, семь торпедных катеров (предположительно, три из них были пр.183, а четыре пр.123К).

Основной базой на Красном море был Суэц, использовался также ряд мелких портов.

ПКРК "Сопка"

Береговые ракетно-артиллерийские части ВМС Египта имели довольно большое количество стационарных и буксируемых артиллерийских орудий и несколько дивизионов советских береговых противокорабельных ракетных комплексов "Сопка" с ПКР С-2 (4К87). Следует также особо отметить, что в составе ВВС Египта к октябрю 1973 года насчитывалось примерно 30 дальних бомбардировщиков и разведчиков Ту-16, из которых около 20 принадлежали к ракетоносным модификациям - Ту-16КСР-2А, вооруженным ПКР КСР-2, и Ту-16КСР-2-11, оснащенным также противорадиолокационными ракетами КСР-11.

разведчик Ту-16Р

Командующим ВМС Египта был адмирал Закри. Что касается подготовки личного состава ВМС Египта, то она в целом находилась на невысоком уровне. Советский капитан 1-го ранга В.И.Зуб, бывший после "Шестидневной войны" старшим военным советником командира египетской бригады эскадренных миноносцев (куда входили и фрегаты) давал такие оценки состояния египетского флота в конце 60-х годов: "Моральное состояние экипажей кораблей, штабов, офицеров, личного состава находилось на низком уровне. Боевая готовность, техническое состояние оружия, технических средств и кораблей в целом оставляли желать лучшего, хотя корабли всех типов и катера, купленные в СССР, были современных проектов и новые.

Общая организация повседневной жизни, боевой подготовки в целом и тактической подготовки офицерского состава и, прежде всего, командиров кораблей и соединений находились на низком уровне... Выходы в море были большой редкостью и лишь от восхода до захода солнца"[9].

Хотя к 1973 году египетским командованием (в том числе при участии советских советников) были предприняты серьезные меры по повышению боеготовности флота, но, тем не менее, как показал опыт последовавших боевых действий, они оказались явно недостаточными.

Боевый опыт, полученный египетским флотом до начала войны 1973 года, был ограниченным и односторонним и не давал примеров эффективных наступательных действий против ВМС и побережья противника, тем более, в условиях интенсивного противодействия с его стороны. Единственными успехами ВМС Египта за всю историю его существования были потопление советскими ПКР П-15 с ракетных катеров 21 октября 1967 года израильского эсминца Eilath, а 15 мая 1970 года - израильского рыболовного судна Orit, причем в обоих случаях пуски производились практически в простейшей мишенной обстановке, а в эпизоде с Eilath - вообще из акватории собственной базы.

СИРИЯ. Военно-морские силы Сирии к октябрю 1973 года в значительной мере находились еще в стадии становления и поэтому были относительно невелики и ориентированы главным образом на задачи по обороне собственного побережья и прикрытия переходов в сирийские порты судов с военными поставками из СССР.

ТК пр.123К

Сирия имела два новых малых сторожевых корабля типа Al Hirasa советского пр.159Э постройки 1969-1970 годов, восемь или девять ракетных катеров (два или три пр.205 и шесть пр.183Р)[10], 14 торпедных катеров (один пр.183 и 13 пр.123К)[11], три противолодочных катера (бывшие французские охотники за подводными лодками типа Ch-5 постройки времен Второй мировой войны), морские тральщики Yarmouk и Hittine советского пр.254, два новых базовых тральщика пр.257ДМЭ, два катера-торпедолова пр.368Т.

Базами флота являлись Латакия, Тартус и Банияс. Имелась достаточно многочисленная береговая оборона, включавшая 100-мм и 130-мм стационарные артиллерийские батареи, а также береговые противокорабельные ракетные комплексы "Сопка".

Флоты других арабских государств в общем балансе сил, участвовавших в Октябрьской войне 1973 года, можно было не учитывать. Формирование Береговой охраны Иордании началось только в 1974 году, а немногочисленные ВМС Саудовской Аравии, имевшие тогда три торпедных и три сторожевых катера и восемь малых катеров на воздушной подушке, целиком находились в портах Персидского залива, как и небольшой иракский флот. Алжирские ВМС, состоящие из катеров и тральщиков советской постройки, были слишком удалены географически от зоны военных действий.

В принципе, определенную поддержку Египту, особенно блокадными действиями в центральной части Средиземного моря, мог оказать флот Ливии, корабельный состав которого включал новые единицы английской постройки, заказывавшиеся в 60-е годы режимом короля Идриса - вступивший в строй в 1973 году быстроходный фрегат Dat Assawari, корвет Tobruk, три ракетных катера (вооруженных УР SS-12M), 11 больших сторожевых катеров, два вспомогательных судна.

Однако реально ВМС Ливии никакого участия в боевых действиях не приняли, хотя и предоставили свои базы для использования египетскими кораблями.

ВОЕННО-МОРСКИЕ СИЛЫ ИЗРАИЛЯ В 1973 ГОДУ

С самого момента своего возникновения главной проблемой ВМС Израиля было то, что они существенно уступали по численности египетскому флоту (к которому в дальнейшем добавились и ВМС Сирии). Ограниченность финансовых средств небольшого еврейского государства, направляемых к тому же в основном на развитие сухопутных войск и ВВС, не давала шансов на изменение количественного баланса флотов и в будущем. Эта ситуация предопределила особое внимание командования израильского флота к своего рода "перпендикулярным" силам и средствам, способным компенсировать арабское превосходство на море.

Одним направлением стало развитие диверсионных сил, с которых, собственно, и началось создание ВМС Израиля и их боевой путь, когда 22 ноября 1948 года модернизированными в Израиле итальянскими взрывающимися катерами типа МТМ был потоплен у Газы самый крупный корабль тогдашнего египетского флота шлюп El Amir Faruq.

Для боевого применения "специальных" сил и средств в ВМС Израиля была создана существующая и по сей день особая 13-я флотилия.

Другим, и ставшим вскоре ведущим направлением было развитие ракетного оружия. В Израиле одними из первых в мире оценили потенциальные возможности, которые оно открывало в борьбе на море. Уже в 1955 году израильское Управление разработки вооружений ("RAFAEL") начало разработку противокорабельной ракеты "Loose" с радиокомандной системой наведения, которой предполагалось вооружать эсминцы. Затем израильское морское командование пришло к выводу о том, что ракетное оружие позволяет в принципе отказаться от крупных надводных кораблей, перейдя к строительству относительно небольших единиц с мощными ударными возможностями.

Впервые такая идея была выдвинута руководством флота в 1960 году, но к ее практической реализации перешли двумя годами позже - дополнительным стимулом здесь стало появление в январе 1962 года в египетском флоте первых ракетных катеров пр.183Р с ПКР П-15.

Тогда в Израиле были сформулированы требования к своему перспективному ракетному катеру, пригодному к постройке относительно большой серией в то же время обладающему мощным вооружением и достаточными мореходностью и радиусом действия. Работы над проектом "Loose" в интересах ВМС были остановлены(сама ракета позднее была принята на вооружение сухопутных войск как УР класса "земля-земля"), а для вооружения будущих катеров фирма "Israeli Aircraft Industries" (IAI), используя наработанный задел, еще в конце 50-х годов начала разработку малогабаритной ПКР "Gabriel" с полуактивной радиолокационной системой наведения.

В декабре 1962 года было достигнуто соглашение о разработке проекта ракетного катера с ФРГ, где проектантом стала известная бременская фирма "Lurssen Werft". В качестве прототипа был избран удачный большой торпедный катер Jaguar (западногерманский проект 140, он же "Schnellboot 55"), ведущий свою родословную от знаменитых немецких "шнелльботов" Второй мировой войны. На его базе был создан проект ракетно-артиллерийского катера под шифром Saar ("Шторм") стандартным водоизмещением 220 т с 45-метровым стальным корпусом.

Однако политические проблемы вынудили вести строительство этих катеров не в ФРГ, а во Франции на верфи "Constructions Mecaniques de Normandie" (CMN) в Шербуре, где первые шесть катеров были заказаны в 1965 году, а вторая такая же серия - годом позднее.

Здесь не место описывать знаменитые приключения с этими катерами в Шербуре, включая "побег" пяти из них оттуда в нарушение наложенного французского эмбарго. Так или иначе, с 1967 по начало 1970 года все 12 ракетных катеров типа Saar были получены Израилем и вооружены, составив ядро обновленных ВМС. Первые три катера Mivtach, Miznag и Mifgav относились к типу Saar-1 и из-за длительности доводки ПКР "Gabriel" и экономии средств получили первоначально только артиллерийско-торпедное вооружение - три 40-мм/70 автоматические артустановки "Breda-Bofors" Mod.58/11 и два 533-мм ТА или четыре 324-мм ТА для противолодочных торпед Mk46, а также буксируемую ГАС ELAC.

SAAR-2

Следующие три катера Eilath, Haifa и Akko принадлежали к типу Saar-2 и первыми в Израиле получили ракетное оружие - в вариантах восемь ПУ ПКР "Gabriel" Mk1 и один 40-мм автомат или пять ПУ ПКР и две 40-мм артустановки, при этом была сохранена ГАС и возможность установки ТА. Шесть последних катеров типа Saar-3 - Saar, Soufa, Gaash, Herev, Hanit, Hetz - были вооружены каждый шестью ПУ ПКР "Gabriel" Mk1 и одной новейшей 76-мм/62 автоматической башенной артустановкой "OTO Melara" (они стали первыми в мире кораблями, получившими серийные образцы этой знаменитой артсистемы). Вследствие установки этой АУ с подбашенным отделением на катерах Saar-3 пришлось отказаться от установки ГАС.

SAAR-3

В 1973 году было принято решение довооружить катера типа Saar-1 ракетами (пять ПУ ПКР "Gabriel" Mk1 устанавливались взамен двух кормовых 40-мм автоматов, при этом сохранялись 324-мм ТА и ГАС), модернизировав их тем самым до уровня Saar-2, но к началу боевых действий модернизацию успел пройти только Miznag, а два других Mivtach и Mifgav оставались в артиллерийско-торпедном варианте и были перевооружены уже после войны.

Испытания ПКР "Gabriel" Mk1 велись с 1965 года и успешно завершились 7 апреля 1969 года, когда этими ракетами был потоплен в качестве мишени выведенный из состава израильского флота эсминец Yaffa ("систершип" печально памятного Eilath). Таким образом, Израиль стал третьей в мире страной после СССР и Швеции, получившей на вооружение противокорабельный ракетный комплекс национальной разработки. Для наведения ПКР "Gabriel" Mk1, имевшей полуактивную радиолокационную систему наведения, использовалась устанавливаемая на всех катерах итальянская РЛС "Orion" RTN-10X (она же служила для управления артиллерийским огнем), а также имелась резервная радиокомандная система наведения посредством электронно-оптического канала.

Недостатком ПКР модификации Мк1 была малая дальность стрельбы, не превышавшая 20 км, что обуславливалось всего 100-секундной продолжительностью работы твердотопливного двигателя. Почти сразу же были начаты работы над модификацией Мк2 с почти вдвое большей дальностью стрельбы (36 км), но на испытания она была передана только в 1974 году.

Характерно, что одновременно с разработкой ПКР в Израиле озаботились и созданием средств противодействия им. С середины 60-х годов велись работы по созданию комплексов выстреливаемых пассивных помех двух типов - в больших однозарядных и малых многозарядных ПУ. К началу 70-х годов фирма "Elta" разработала также малогабаритный комплекс радиоэлектронного противодействия, включающий станцию радиотехнической разведки и систему постановки активных помех. К 1973 году всеми этими системами помех, как активными, и так и пассивными, были оснащены все ракетные катера ВМС Израиля. Ничего подобного ВМС арабских государств тогда не имели.

Системам РЭБ израильских катеров было суждено сыграть выдающуюся роль в событиях 1973 года на море.

В конце 1968 года в Израиле начались самостоятельные работы над созданием следующей серии более крупных ракетных катеров со стандартным водоизмещением 415 т и длиной корпуса 58 м. Одной из главных целей такого увеличения было обеспечение еще более высоких мореходности и дальности плавания, чтобы иметь совершить переход вокруг Африки в Красное море. Первоначально были заказаны шесть катеров нового типа под обозначением Saar-4, но к началу войны 1973 года были готовы только два - Reshef и Keshet, а остальные вводились в строй уже в 1974-1975 годах[12].

SAAR-4

Вооружение этих катеров в октябре 1973 года составляли семь ПУ ПКР "Gabriel" Mk1, две 76-мм артустановки "OTO Melara" и два 20-мм автомата "Oerlikon". На октябрь 1973 года предполагался переход Reshef и Keshet в Красное море, однако он не состоялся из-за начала боевых действий.

Таким образом, основу боевой мощи израильского флота к началу войны составляли 14 новейших хорошо вооруженных больших катеров - 12 ракетных (два типа Saar-4, шесть типа Saar-3, три типа Saar-2, один модернизированный типа Saar-1) и два артиллерийских (типа Saar-1). Все более крупные надводные единицы были уже исключены из состава ВМС Израиля, как и все девять торпедных катеров постройки 50-х годов.

Подводный флот Израиля формально представляли дизель-электрические торпедные подводные лодки Leviathan и Dolphin - бывшие английские Turpin и Truncheon модернизированного типа "Т" постройки периода Второй мировой войны, полученные в 1967 году[13], однако к октябрю 1973 года ввиду полной устарелости и плохого технического состояния они не имели боевого значения - Leviathan не могла погружаться и была уже фактически выведена из состава флота, а почти столь же ветхая Dolphin к началу боевых действий находилась в ремонте в сухом доке в Хайфе.

Из мелких единиц имелось 30 небольших сторожевых катеров - два типа Yar, четыре типа Kedma, два старых английских типа Dror (HDML), четыре типа Yatush (американские "вьетнамские" катера PBR) и 18 единиц новейшего типа Dabur.

Все исправные десантные суда - 900-тонный десантный транспорт Bat Sheva голландской постройки, купленный в ЮАР или в Танзании в 1968 году, "60-метровые" малые десантные корабли израильской постройки 1967 года Ashdod, Ashkelon и Ashziv и три "36-метровых" десантных катера израильской постройки 1965 года типа Etzion Gueber - находились на Красном море, а из трех старых американских средних десантных кораблей типа LSM (Sheva, Ofir и Tarshish), приобретенных в Латинской Америке в 1970 году и бывших в крайне плохом состоянии, один был списан еще в середине 1973 года, а два других были, видимо, малопригодны, в боевых действиях не участвовали и были исключены из списков в 1974 году[14].

Береговая оборона ВМС Израиля располагала 12 батареями с общим числом 43 артиллерийских системы. Какая-либо морская авиация отсутствовала, а полная загруженность ВВС Израиля решением задач над сушей сделало их участие в морских боевых действиях 1973 года вообще ничтожным.

Основные силы израильского флота находились на Средиземном море, базируясь на Хайфу, а сторожевые катера - также на Ашдод. На Красном море израильтяне были откровенно слабы - кроме уже упоминавшихся единиц 11-й десантной флотилии (транспорт Bat Sheva, три малых десантных корабля и три десантных катера) там находились лишь пять сторожевых катеров типа Dabur, причем все эти единицы, кроме Bat Sheva, были переброшены со Средиземного моря наземным транспортом. Базой израильского флота в Красном море был тогда не Эйлат, а Шарм-аш-Шейх на территории оккупированного Синая.

Командующим ВМС Израиля в октябре 1973 года был контр-адмирал Беньямин Телем, а командующим флотилией ракетных катеров - капитан 1-го ранга Михаэль Баркаи. Формально перед ними стояли оборонительные задачи - в первую очередь, прикрытия непосредственно побережья Израиля от возможных ударов флотов противников. Наиболее важными объектами в этом отношении были порты и нефтеперерабатывающий завод в Хайфе, также большое значение имело недопущение неприятельской блокады и обеспечение беспрепятственного судоходства через средиземноморские порты Израиля.

Командование израильским флотом весьма четко сознавало тот факт, что все эти задачи в условиях количественного превосходства противника могут быть решены не пассивной обороной, а только решительными наступательными действиями против флотов Египта и Сирии, в том числе в районах пунктов их базирования, с целью захвата инициативы и в конечном счете завоевания господства на море.

На Красном море задачами израильского флота было обеспечение безопасности как южного фланга израильских войск и "Линии Бар-Лева" от возможных высадок противника, так и нефтяных месторождений Абу-Родес, находившихся у занятого Израилем восточного берега Суэцкого залива, а также максимально возможное противодействие египетской блокаде израильских портов этого региона. Сосредоточение в Красном море практически всех десантных сил ВМС Израиля обуславливалось замыслом израильского армейского командования в случае благоприятной обстановки произвести десантирование бронетанковой бригады на западный берег Суэцкого залива.

РАЗВЕРТЫВАНИЕ ФЛОТОВ И НАЧАЛО ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ

Готовясь к внезапному удару по Израилю, египетское командование заблаговременно приступило к развертыванию сил флота и приведению его в полную боевую готовность. Уже в начале августа 1973 года оба египетских эсминца, находящихся в Красном море - Suez и Al Zaffer - перешли в йеменский порт Аден, чтобы иметь возможность сразу с открытием военных действий выйти в Баб-эль-Мандебский пролив с целью его блокады. Непосредственный приказ о предстоящем открытии военных действий египетский флот получил 1 октября 1973 года - за пять дней до их начала. В соответствии с ним началось развертывание подводных лодок на позициях и были установлены корабельные дозоры на подходах к египетским базам и портам.

Старый эсминец El Fateh и одна египетская подводная лодка находились в ливийском порту Бенгази с целью контроля за судоходством в центральном Средиземноморье.

В Израиле ВМС оказались наиболее боеготовым видом вооруженных сил еврейского государства, во всеоружии встретившим арабское нападение 6 октября. Располагая данными разведки о подготовке Египта и Сирии к активным действиям, командование израильского флота отменило все праздничные увольнения в Йом-Киппур и привело корабли в состояние повышенной готовности. Накануне 6 октября было проведено оперативно-тактическое учение флота, а с утра этого дня началось развертывание ракетных катеров в море. К берегам Синайского полуострова в район северного фланга "Линии Бар-Лева" был выдвинут дозор в составе ракетных катеров Soufa и Herev, к которым позже присоединился новейший Keshet.

В 14.00 израильский флот получил оповещение о начале боевых действий, а уже через три часа, к 17.00, отмобилизация ВМС и приведение их в полную боевую готовность были закончены и начался выход всех остальных катеров в море.

Три катера были отправлены к Синайскому полуострову на подкрепление уже находящейся там дозорной тройки, два катера развернуты в дозоре у Хайфы с целью обеспечения непосредственного прикрытия нефтеперабатывающего завода, а ударная группа в составе четырех ракетных и одного артиллерийского катеров по флагом самого командующего флотилией Баркаи вышла из Хайфы по направлению к сирийскому побережью, готовясь нанести удар по главной базе ВМС Сирии - Латакии. Еще один израильский катер находился в ремонте в доке завода "Кишон" в Хайфе.

Основным мотивом, заставившим израильское морское командование нанести первый удар именно по сирийскому флоту, была оценка сирийского флота как гораздо более слабого в отношении боевого потенциала и уровня боевой подготовки по сравнению с египетским - таким образом, сирийцы представляли "слабое звено" среди ВМС арабской коалиции. По отношению к более многочисленному египетскому флоту израильтяне сочли необходимым занять первоначально оборонительное положение.

Другим мотивом было то, что Хайфа находилась вблизи от ливанской границы, что позволяло ракетным катерам противника достаточно скрытно подойти с северного направления на дистанцию пуска ракет по нефтеперабатывающему комплексу Хайфы - в отличие от южного направления, побережьем которого Израиль владел на большую глубину, занимая территории Сектора Газы и Синайского полуострова. Поэтому было решено в первую очередь устранить потенциальную угрозу с севера.

БОЙ У ЛАТАКИИ

Израильские ракетные катера, выделенные для удара по Латакии, покинули Хайфу ровно в 17.00 6 октября 1973 года и направились на северо-запад, держась далеко западнее территориальных вод Ливана. Катера шли двумя кильватерными колоннами - в левой, представлявшей собой непосредственно ударную группу, были Miznag (флаг М.Баркаи), Gaash и Hanit, в правой, шедшей с некоторым "отступом" в несколько миль - Reshef и артиллерийский катер Mivtah. Переход осуществлялся на большой скорости - до 30 узлов.

SAAR-3

Поскольку целью операции было выманивание вражеских сил из базы с целью их уничтожения, то ограничения на работу радиоэлектронных средств не соблюдались и все катера шли с работающими РЛС. Сам Баркаи был настроен крайне решительно и перед выходом заявил личному составу, что он намерен в случае отсутствия противника в море атаковать его непосредственно в Латакии, "а если будет надо - мы подойдём так близко, что сами сможем пришвартоваться там"[15].

В 22.28, когда катера находились в 35 милях мористее Латакии, РЛС катера Miznag обнаружила малоразмерную цель в 4 милях к северу от ударной группы. Почти одновременно эта же цель была обнаружена и РЛС катера Reshef [16]. С целью ее классификации Miznag по приказу Баркаи сделал несколько предупредительных выстрелов из 40-мм артустановки по курсу неопознанной цели, которая в ответ резко увеличила скорость и открыла пулеметный огонь. Это был сирийский торпедный катер пр.123К под командованием капитан-лейтенанта А.Йехия, который возвращался из дозора у побережья Кипра.

Находящийся на правом фланге израильских сил Reshef (капитан 3-го ранга Миха) увеличил ход до полного, устремившись на пересечение курса отхода вражеского катера, и в 22.40 открыл по нему огонь из обеих 76-мм артустановок по данным РЛС с дистанции около 10 км. Хотя вследствие темноты израильтяне визуально результатов не наблюдали, сирийский торпедный катер потерял ход.

ТЩ пр.254

Тем не менее, Йехия успел передать радиосообщение о том, что он атакован "тремя вражескими кораблями". Получив это сообщение, штаб ВМС Сирии приказал морскому тральщику Yarmouk пр.254[17], несшему ближний дозор в 10 милях от Латакии, полным ходом отходить под прикрытие береговых батарей, а маневрировавшей южнее Латакии сирийской корабельной ударной группе в составе одного ракетного катера пр.205 и двух катеров пр.183Р - нанести удар по обнаруженному противнику (по другим данным, эта группа изначально вышла из Латакии с целью перехода в Тартус).

Баркаи приказал примерно в 22.50 своим силам повернуть на восток и в прежнем строю полным ходом идти к Латакии, оставив Hanit добивать артиллерией поврежденный сирийский катер, что Hanit успешно и выполнил к 23.10 (позднее это решение Баркаи подвергалось критике, поскольку тем самым перед решающим столкновением был выведен из состава израильских сил один из четырех ракетных катеров ради сомнительной задачи уничтожения цели, потерявшей ход и не представлявшей никакой угрозы). Тем временем с дистанции 25 км Reshef своими средствами РТР обнаружил работу береговой РЛС Латакии, а катера левой колонны (ставшей после поворота северной) обнаружили радиолокацией отходящий к берегу тральщик Yarmouk.

С предельной дистанции 20 км Gaash выпустил по нему ракету "Gabriel", которая, однако, в цель не попала, вероятнее всего, просто не долетев до нее и упав в воду после выработки топлива в двигателе.

SAAR-4 атакует

Reshef сблизился с тральщиком на 18 км и также произвел пуск одной ПКР, которая через 2 минуты попала в цель, озарив ночь яркой вспышкой. Вслед Reshef выпустил еще одну ракету по Yarmouk, которая также поразила корабль противника. Тральщик окончательно потерял ход и загорелся, хотя и остался на плаву. Однако почти сразу же после пуска второй ПКР на Reshef засекли подходящие с юга три малоразмерные быстроходные цели. Это были сирийские ракетные катера.

В 23.30 - 23.32 с дистанции примерно 13 миль сирийские катера произвели по израильтянам залп шестью ПКР П-15, немедленно после пуска в полном соответствии с положенными тактическими установками ложась на обратный курс и отходя на юг со скоростью 24 уз. Обнаружив пуск ракет, израильские катера начали отчаянно маневрировать, производя отстрел пассивных помех и включив станции активного радиопротиводействия. Применение средств РЭБ увенчалось полным успехом - активные радиолокационные головки самонаведения всех шести ракет П-15 были дезориентированы и ПКР упали в море за кормой израильских катеров, не причинив им никакого вреда.

Сами же сирийцы были введены в заблуждение большим количеством ложных целей, видимых на индикаторах РЛС и не могли разобраться в обстановке, считая что имеют дело с крупным соединением противника. Береговые РЛС обнаружили три быстроходные цели, маневрирующие якобы к северу от Латакии и не менее 10 целей в двух кильватерных колоннах к югу от нее.

Одновременно были "обнаружены" две группы "вертолетов" из четырех и трех штук соответственно. Тем не менее, по данным из советских источников, командиры сирийских катеров сочли атакованные цели пораженными.

После промаха сирийских ракет израильтяне устремились в контратаку, за счет превосходства в скорости катеров быстро сокращая дистанцию (по советским данным, большинство арабских ракетных катеров в 1973 году не могли развивать ход более 24 уз из-за плохого состояния материальной части). Но когда Reshef вышел на дистанцию ракетного залпа, на нем вследствие короткого замыкания вышла из строя система пуска ракет. Это поставило Баркаи в сложное положение, поскольку второй катер в колонне Reshef - Mivtah - был артиллерийским и вовсе не имел ПКР, а в колонне самого Баркаи вследствие отделения Hanit оставались только два ракетных катера и они находились дальше от противника, чем Reshef.

По приказу Баркаи Reshef и Mivtah отвернули влево, а более быстроходные Miznag и Gaash - вправо, пересекая курс предыдущей группы. Таким образом, сирийцы были практически взяты "в клещи".

атака РК пр.205

Командир Reshef Миха, несмотря на неполадку, продолжал сближаться с противником, надеясь пустить в ход мощное артиллерийское вооружение своего катера, но колонна Баркаи опередила его, раньше выйдя на дистанцию пуска. В этот момент сирийский катер пр.205 развернулся и произвел по колонне Баркаи пуск двух оставшихся ракет П-15, однако вследствие применения средств РЭБ эти ракеты постигла судьба предыдущих шести - они также взорвались за кормой израильских катеров. Еще до того, как эти две ракеты упали в море, Gaash (капитан 3-го ранга Арие Шефлер) выпустил по катеру пр.205 две ПКР "Gabriel", а Miznag - одну по катеру пр.183Р. Оба сирийских катера были поражены примерно в 23.50 и быстро затонули.

Второй сирийский катер пр.183Р, видя, что уйти ему не удастся, круто взял к берегу и в полночь выбросился на прибрежную отмель южнее Латакии, после чего, видимо, был оставлен экипажем. В это время по израильским катерам открыла огонь сирийская 130-мм четырехорудийные стационарная береговая батарея, но попаданий ей так и не удалось достичь, хотя, по израильскому свидетельству, снаряды "ложились неприятно близко".

Приказав остальным своим катерам держаться вне дальности ее действительного огня, Баркаи на своем флагманском Miznag подошел, несмотря на артиллерийский огонь с берега, на дистанцию примерно 1 км к сидящему на мели катеру пр.183Р и расстреливал его из 40-мм автоматов, пока "сириец" не взорвался (по советским данным, это произошло в 00.25). Израильтяне не решились применить для уничтожения этого катера ПКР, поскольку высокий берег в этом месте отражал радиолокационные сигналы, что могло создать помехи полуактивной радиолокационной головке самонаведения ракеты "Gabriel".

В момент истребления сирийских ракетных катеров на связь с группой Баркаи вышел отставший Hanit, который после уничтожения торпедного катера в течение примерно получаса не мог донести о себе вследствие отказов радиостанции. Баркаи приказал Hanit добить тральщик Yarmouk. Подойдя к Yarmouk, израильский катер сперва всадил в тральщик еще одну ракету "Gabriel", а затем обстреливал его из 76-мм артустановки, пока Yarmouk не опрокинулся и затонул. После этогоHanit соединился с остальными катерами израильского соединения, которое затем благополучно пришло в Хайфу.

Так, полным разгромом находившися в море сирийских сил без каких-либо потерь с израильской стороны, закончился морской бой у Латакии в ночь с 6 на 7 октября 1973 года - бой, занимающий, судя по всему, такое же место в военно-морской истории, как и бой Monitor и Virginia за 111 лет до этого. Впервые бой велся с применением с обеих сторон противокорабельных ракет. Однако ключевым фактором в бою у Латакии оказались даже не ПКР, а средства радиоэлектронной борьбы, применение которых и обусловило не только победу израильтян, но и полное введение в заблуждение сирийцев (и, видимо, их советских советников), которые оказались попросту не в состоянии разобраться в остановке ни во время самого боя, ни после него.

Именно это обстоятельство, в частности, привело к бездействию береговой артиллерии у Латакии большую часть боя. Сирийская (и советская) стороны всерьез полагали, что главной причиной успеха израильтян было применение ими вертолетов, якобы доставленных в район боя на малых десантных кораблях и выполнявших функции ложных целей - вертолеты будто бы летали на малых высотах и малых скоростях, имитируя катера, а после пуска по ним ПКР резко набирали скорость и высоту, уводя головки самонаведения ракет и заставляя их терять цель. Сирийцам являлись целые группы "вертолетов", летавших вдоль побережья и именно им приписывалось уничтожение выбросившегося на берег катера пр.183Р.

Подобного рода трактовка событий у Латакии дается в советском учебнике Военно-Морской Академии[18] и поныне гуляет в отечественной литературе.

Нет особой нужды показывать несерьезность версии с "вертолетами" - даже если отвлечься от израильских источников, напрочь отрицающих что-либо подобное. Все исправные десантные корабли израильского флота находились в период войны 1973 года на Красном море. С чисто практической точки зрения вряд ли какой-нибудь находящийся в здравом уме командир соединения быстроходных ракетных катеров стал бы связывать себя в действиях у побережья противника десантными судами с парадным ходом порядка 10 узлов ради достаточно сомнительной выгоды от четырех легких вертолетов, тем более, что при дальности стрельбы ПКР "Gabriel" Mk1 всего 20 км вопрос о загоризонтном целеуказании для них не стоял в принципе.

Нетрудно себе представить, какое время пришлось бы затратить израильской ударной группе на переход от Хайфы к Латакии и обратно, имей она в своем составе пресловутые "десантные корабли с вертолетами"!

Это еще вернее в отношении событий у египетского побережья с еще большими расстояниями - тем не менее и там, как мы увидим далее, арабам мерещились "вертолеты".

БОИ У РУНАМИ И ДАМЬЯТТА

Бой у Латакии широко известен, но в тоже время менее известно, что первое боевое столкновение между арабскими и израильскими катерами произошло чуть и раньше и в другом месте - у берегов Синайского полуострова. Вечером 6 октября египтяне предприняли набег на северный фланг "Линии Бар-Лева" у Рунами. В нем участвовала группа из семи египетских катеров (пр.205, но, по израильскому источнику, часть катеров была торпедными пр.206, на которых вместо ТА были установлены для обстрела побережья ПУ РСЗО[19]). С целью введения в заблуждение противника египетские катера осуществляли выход в море из различных пунктов базирования.

Около 22.00 египтяне без каких-либо помех нанесли удар с моря (в том числе ракетами П-15) по так называемому форту "Будапешт", при этом они не были обнаружены находившейся у побережья Синая группой из трех израильских ракетных катеров.

Ущерб, нанесенный израильским береговым укреплениям от такого рода действий был, скорее всего, несущественным, но эта атака продемонстрировала сложность для Израиля прикрытия своего побережья силами одних только катерных групп без ведения авиационного патрулирования и разведки. На отходе египетские катера были обнаружены и перехвачены выдвинутой еще утром севернее другой уже упоминавшейся группой израильских катеров под командованием Гидона Раза в составе Soufa, Herev и Keshet. Хотя израильские катера быстро вышли на дистанцию ракетного залпа, все 11 произведенных пусков ПКР "Gabriel" оказались неудачными из-за отказов РЛС управления огнем "Orion" на всех трех катерах.

По той же причине малоэффективным оказался и артогонь.

Раз прекратил преследование, вызвав авиацию. Таковая вскоре прибыла в виде одного-единственного самолета F-4E "Phantom-II", экипаж которого тем не менее сумел обнаружить отходящие египетские катера и бомбо-штурмовым ударом потопить ракетный катер пр.205. Характерно, что египтяне так и не поняли, что подверглись атаке израильских ракетных катеров, а запускаемые по ним ракеты египтяне идентифицировали опять-таки как вертолеты, якобы применявшие ПТУР, и даже заявили об уничтожении одного из этих "вертолетов"!

Командование ВМС Израиля, воодушевленное первым успехом у Латакии, запланировало уже на следующую ночь с 7 на 8 октября аналогичный удар уже по египетскому Порт-Саиду. Однако операция сорвалась ввиду того, что вышедший первым в дозор к побережью Синая Hanit сель на мель, и был снят с нее только при помощи других катеров. После этого израильские катера начали отход, но из-за навигационной ошибки Miznag оказался на траверзе Порт-Саида, где был атакован двумя находившимися в базовом дозоре египетскими ракетными катерами пр.183Р. Выпущенные ракеты П-15 в цель не попали, а обоим "египтянам" удалось скрыться.

Оставив три катера в дозоре у Синайского полуострова, Баркаи приказал остальным силам возвращаться в базу.

Не успев как следует пополнить запасы топлива в Хайфе, израильские ракетные катера днем 8 октября получили приказ вновь выдвинуться к египетскому побережью - командование флота намеревалось таким образом оказать поддержку планируемому контрнаступлению израильских сухопутных войск. Вечером Баркаи вывел шесть катеров из Хайфы и повел их на юг. Ожидалось, что к ним присоединятся и три катера, находившихся в дозоре, но после рандеву с дозорными катерами выяснилось, что у них слишком мало топлива и их пришлось отправить в базу. С оставшимися шестью Баркаи пошел к Порт-Саиду.

В 23.50 флагман приказал катерам разделиться на три группы - северную (Reshef и Keshet ), центральную (Eilath и артиллерийский Mifgav) и южную (флагманский Herev и Soufa), которые развернулись общим строем фронта с севера на юг, продолжая двигаться в юго-западном направлении вдоль египетского побережья.

В полночь 9 октября катера южной группы начали артобстрел нефтяных цистерн у Дамьятта, одновременно по указанию Баркаи южной и северной группами был произведен демонстративный отстрел дипольных отражателей с целью привлечь внимание египтян. Замысел увенчался полным успехом - в 00.15 (по другим данным, уже в 00.00) средствами РТР израильских катеров был зафиксирован запуск ракеты П-15 на дистанции около 48 км, вслед за этим были обнаружены четыре египетских ракетных катера пр.205, идущих также строем фронта. В течениии последующих 10 минут египетские катера дали три ракетных залпа с дистанции от 20 до 17 миль.

Все шесть катеров израильской ударный группы дали полный ход навстречу противнику и применили средства РЭБ. "Разрядившись" (по советским данным, были выпущены только шесть ракет, что, однако, представляется маловероятным), египетские катера легли на курс отхода в Александрию.

Дальше полностью повторилась та же история, что и у Латакии - все египетские ракеты П-15 были дезориентированы помехами и упали в море, не причинив никакого ущерба, а удирающие арабские катера были настигнуты более быстроходными израильскими катерами. После 25-минутной погони первой в дело вступила северная пара катеров, охватившая фланг отходящих египтян. Уроки боя у Латакии были учтены и теперь израильтяне стреляли своими ракетами только "наверняка". С дистанции 17 кмKeshet поразил одной ПКР "Gabriel" самый северный катер пр.205, который загорелся.

Однако в этот момент от длительного крейсирования на полном ходу на израильском катере лопнул трубопровод системы охлаждения двигателей, иKeshet был вынужден остановиться с целью исправления неполадки. Подошедший Mifgav добил египетский катер огнем 40-мм автоматов. Одновременно Reshef одиночными ракетами поразил еще два катера пр.205, первый из них был добит артогнем катера Eilath, а второй выбросился на прибрежную отмель, где с ожесточением раcстреливался несколькими израильскими катерами. Reshef продолжал преследовать четвертый уходящий египетский ракетный катер, но в решающий момент снова, как и у Латакии, на израильском катере в результате замыкания отказала система пуска ракет.

Хотя командир Reshef Миха пытался продолжить погоню с целью уничтожения врага артиллерией, категорический приказ Баркаи, опасавшегося, что катер слишком оторвался от главных сил, заставил его повернуть обратно. В результате четвертому египетскому катеру пр.205 удалось уйти.

В 01.30 9 октября израильские силы легли на курс отхода в Хайфу[20]. На отходе израильтяне были атакованы одиночным египетским ракетным катером пр.205, патрулировавшим перед Порт-Саидом, который с дистанции 20 миль выпустил три ПКР П-15. Ни одна из ракет, как обычно, в цель не попала, что не помешало египтянам заявить о "потоплении" одного из израильских катеров.

Как и сирийцы в случае с Латакией, египетская сторона после боя у Дамьятта (который в Израиле называют боем у Дамьята-Балтим) полагала, что имеет дело с израильскими "вертолетами", доставленными на малых десантных кораблях, и что именно их использованием противником в качестве своего рода ложных целей обуславливается низкая эффективность ракет П-15.

УДАРЫ ПО ПОБЕРЕЖЬЮ ЕГИПТА И СИРИИ

Поражения в столкновениях у Латакии и Дамьятта в значительной мере деморализовали командование ВМС арабских стран, которому тактически и технически оказалось нечего противопоставить эффективным действиям современных израильских ракетных катеров. К использованию противником на море средств РЭБ арабская сторона оказалась вообще полностью неготова, и, похоже, даже не осознавала, с чем именно она столкнулась. Вследствие этого, египетский и сирийский флоты со второй декады октября ушли в "глухую оборону", практически полностью отказавшись от каких либо активных действий и ограничиваясь лишь попытками защиты собственных баз.

В свою очередь израильская сторона, фактически овладев морем, стремилась не ослаблять нажима на противника и намеревалась перейти к ударам непосредственно по побережью, базам и портам арабских стран.

Уже на следующую ночь после боя у Дамьятта (с 9 на 10 октября) группа израильских катеров нанесла артиллерийский удар по египетским береговым объектам, операция произошла без какого-либо противодействия со стороны противника.

В ночь с 10 на 11 октября был предпринят аналогичный набег на сирийское побережье - ударной группе из трех израильских катеров была поставлена задача обстрелять нефтяные танки в Баниасе. Группой прикрытия, действовавшей против Тартуса в составе Gaash, Soufa, Hetz и Keshet командовал сам Баркаи.

Обнаружив подход к Тартусу неприятельских кораблей, сирийцы выслали в море два ракетных катера (один пр.205 и один пр.183Р), которые в 23.30 10 октября произвели полный ракетный залп, после чего сразу же стали отходить в гавань. Однако уйти им не удалось - израильские катера успели приблизиться на достаточное расстояние, чтобы поразить оба сирийских катера ПКР "Gabriel", в результате чего те выбросились на берег в районе порта и были в итоге потеряны. Все выпущенные сирийцами ракеты П-15 (всего сирийцы выпустили в этом бою восемь ПКР - еще две, видимо, с катера пр.183Р, находившегося непосредственно в гавани), как обычно, были "уведены" израильскими средствами РЭБ.

Ударная же группа артогнем подожгла часть нефтебаков в Баниасе, после чего прошла к Латакии, где на внешнем рейде ракетами "Gabriel" были потоплены два стоявших там торговых судна - греческое и японское Yamashiro Maru [21].

В ночь с 11 на 12 октября израильские ракетные катера нанесли новый удар по порту Тартуса, подвергнув его артиллерийскому обстрелу. В самом порту попаданиями двух ракет "Gabriel" было поражено советское транспортное судно Илья Мечников, прибывшее туда с грузом энергетического оборудования для строившейся при техническом содействии СССР электростанции на реке Евфрат. Судно полностью выгорело и село на грунт (впоследствии не восстанавливалось), но среди его экипажа погибших не было. Третья ПКР "Gabriel", пущенная по находящимся в гавани советским судам, угодила в волнолом порта. Ее взрывом был серьезно поврежден один из сирийских катеров.

Сирийские катера в ответ произвели несколько безуспешных пусков ракет П-15 прямо из гавани.

Удары израильских ВМС по Латакии и Баниасу имели место также 20 и 23 октября. Противодействие сирийцев ограничивалось в основном стрельбой береговой артиллерии, которой, по иронии судьбы, и удалось добиться единственного с арабской стороны успеха в борьбе с израильскими ракетными катерами - Saar получил попадание в носовую часть 100-мм снарядом, причинившим некоторые повреждения. Ущерб же, понесенный Сирией в результате всех этих ударов был куда более значительным - были повреждены портовые сооружения, энергетические мощности, уничтожены до 70 процентов нефтяных запасов, находившихся в портах, почти полностью прекращены какие-либо поставки в Сирию морем.

По израильским данным, из опасений высадки с моря израильских десантов сирийское командование в разгар боевых действий на Голанских высотах сняло с сухопутного фронта две бригады (в том числе одну бронетанковую) и перебросило их для обороны побережья.

Одновременно группы израильских ракетных катеров практически каждую ночь действовали у побережья Египта, обстреливая из артиллерийских орудий береговые объекты. В ночь с 14 на 15 октября близ Абукира четыре израильских катера подверглись атаке двух находящихся в базовом дозоре у Александрии египетских ракетных катеров (предположительно, одного пр.205 и одного пр.183Р), которые с предельной дистанции выпустили пять ПКР П-15.

Египетское командование заявило о "самой успешной атаке за весь период боевых действий", в результате которой у израильтян были "потоплены два ракетных и один торпедный катер", чего на самом деле, разумеется, не было. Израильские катера подвергли преследованию уходящих египтян, и повредили один арабский катер (по египетским данным, он был поврежден попаданием ПКР "Gabriel", но экипаж катера сумел погасить пожар - можно предположить, что БЧ ракеты не взорвалась).

Последующие набеги израильских сил на египетское побережье происходили без столкновений с боевыми катерами противника, который пребывал в состоянии полной пассивности. При этом израильтяне беспрепятственно оперировали буквально на всей протяженности египетской береговой линии, доходя на запад до Мерса-Матруха. В ночь с 16 на 17 октября израильские ракетные катера нанесли удар по Порт-Саиду, одновременно с проникновением в эту базу боевых пловцов 13-й флотилии.

ПКР комплекса "Сопка"

В дальнейшем удары были повторены. Известно, что в одном случае египтяне произвели с берега по четырем израильским катерам пуск четырех ракет С-2 комплекса "Сопка", однако все ракеты прошли мимо цели, что неудивительно, учитывая низкую помехозащищенность системы наведения по радиолучу, применяемой в "Сопке". В одном из последних рейдов израильтяне впервые использовали ПКР "Gabriel" для поражения берегового объекта, поразив ракетой египетскую РЛС, которая была серьезно повреждена (наведение ПКР, видимо, осуществлялось через оптический визир).

В том же выходе израильскими катерами были потоплены два египетских мобилизованных рыболовных траулера, использовавшихся в качестве патрульных судов.

ДРУГИЕ ОПЕРАЦИИ НА СРЕДИЗЕМНОМ МОРЕ

Предпринятые Египтом блокадные действия против снабжения Израиля морским путем оказались совершенно неэффективными. Базирующийся на ливийский порт Бенгази египетский эсминец El Fateh пытался осуществлять своего рода "дальнюю блокаду", производя досмотр торговых судов у побережья Сицилии и у Мессинского пролива, но ни одного судна, идущего в Израиль, не обнаружил.

В первые дни после начала войны судоходство в израильские порты было и так приостановлено, а в дальнейшем, после неудачного для арабов исхода боев с израильскими ВМС в прибрежных водах, El Fateh прекратил свои действия и ушел в Бенгази, где оставался до конца войны, опасаясь, видимо, возможной атаки израильских ракетных катеров. Опасения египтян были небезосновательными, так как израильское морское командование действительно планировало предпринять нападение на этот эсминец своими большими ракетными катерами Reshef и Keshet, но эта операция так и не успела состояться до окончания боевых действий.

Из 10 египетских подводных лодок, находившихся в Средиземном море, боевые выходы совершали только пять, выполнивших за все время конфликта 10 походов. Первоначально основной задачей египетских лодок были действия на коммуникациях противника - судоходных транспортных маршрутах, связывавших Израиль с Грецией, Критом и Кипром. Однако они не добились никаких результатов и во второй декаде октября были отозваны в базы, после чего переразвернуты на позициях у египетского побережья - видимо, с целью главном образом его обороны от израильских набегов.

В литературе можно встретить утверждения о якобы потоплении египетскими подводными лодками в районе своих прибрежных вод двух греческих торговых судов (в том числе одного 23 октября), но никаких подтверждений этому нет.

После некоторого перерыва в первые дни после начала боевых действий, когда израильское командование рекомендовало всем израильским судам и судам, шедшим в Израиль, укрыться в нейтральных странах, судоходство в израильские порты возобновилось и вплоть до окончания конфликта велось практически без помех. За все время Октябрьской войны 1973 года более 100 транспортных судов прибыли в Израиль, и примерно такое же число покинули его порты. Часть иностранных торговых судов, правда, опасалась заходить непосредственно в порты Израиля, поэтому такие шли в Грецию, где грузы с них перегружались на суда под израильским флагом.

Более 90 процентов всех грузов, прибывших в период войны в Израиль, были доставлены морским путем.

ракетоносец Ту-16КСР

Не использовала в боевых действиях на море арабская сторона и авиацию. Египетское командование предпочло использовать имевшиеся в его распоряжении ракетоносцы Ту-16КСР для нанесения "высокоточных" ударов ракетами КСР-2 и КСР-11 по отдельным особо важным объектам в глубине контролируемой Израилем территории Синайского полуострова. Первый удар, нанесенный вечером 6 октября по РЛС у Шарм-аш-Шейха, увенчался успехом, однако в дальнейшем израильтяне смогли организовать эффективный перехват этих больших, высотных и нескоростных (максимальная скорость М=1,2) ракет силами ПВО, прежде всего, истребительной авиацией.

Всего с 6 по 22 октября египтяне произвели с самолетов Ту-16КСР запуск 25 ракет КСР-2 и КСР-11, из которых двадцать, по израильским данным, были сбиты и только пять поразили цели - две РЛС и склад снабжения.

Неясно, отдавало ли себе отчет военное руководство Египта в столь низкой результативности применения этих крылатых ракет, но бесспорно, что большой ошибкой с его стороны был отказ от использования самолетов Ту-16КСР с этими УР по шедшим в Израиль транспортным судам, где отсутствие какого-либо противодействия и носителям, и самим ракетам сулило практически гарантированный успех.

В свою очередь, израильские ВМС в своих наступательных действиях против побережья противника прибегали не только к ударам легких ракетно-артиллерийских сил, но и к другому своему "фирменному" средству - операциям сил специального назначения, в первую очередь из состава 13-й флотилии. Так, в ночь с 16 на 17 октября группа боевых пловцов, доставленная к Порт-Саиду подводной лодкой (видимо, Dolphin), проникла в военно-морскую базу, где, используя магнитные мины, уничтожила один ракетный катер пр.183Р, и, видимо, еще и минимум один малый десантный корабль (сами израильтяне полагали, что подорвали также два торпедных катера - возможно, эти катера получили лишь повреждения).

В некоторых источниках упоминается об еще одном рейде израильского флотского спецназа в Порт-Саид в последние дни боевых действий. Подразделения 13-й флотилии на Средиземном море в ходе войны провели и ряд других рейдов на побережье арабских стран, но об этих операциях до сих пор ничего не известно подробно.

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В КРАСНОМ МОРЕ

С самого начала главной задачей ВМС Египта на Красном море было блокирование перевозок в израильский порт Эйлат, куда до начала боевых действий поступала основная часть ввозимой в Израиль нефти из Ирана. Как уже говорилось выше, еще в августе 1973 года египетские эсминцы Suez и Al Zaffer под общим командованием коммодора Мустафы Кемаля Мансура перешли в Аден, и уже в 14.00 6 октября они вышли в море с целью блокады Баб-эль-Мандебского пролива.

Эсминцы, сменяясь, несли патрульную службу в проливе вплоть до окончания конфликта, останавливая и досматривая проходящие суда, причем в ряде случаев действовали весьма агрессивно (так, в частности, одним из эсминцев было обстреляно американское торговое судно La Salle). Для обеспечения базирования кораблей в районе, удаленном на 1000 миль от Суэца, египтянами было привлечено несколько гражданских судов.

Также в Баб-эль-Мандебском проливе заблаговременно еще до начала боевых действий были развернуты обе находящиеся в Красном море египетские подводные лодки, которые в качестве передовой базы использовали Порт-Судан. Однако на деле египетская блокада оказалась весьма легко проницаемой. Уже в первую ночь войны (с 6 на 7 октября) через нее проскочил шедший из Персидского залива израильский танкер Samson. На входе в Красное море он был безуспешно атакован одной из египетских подводных лодок, выпустившей две или три торпеды, ни одна из которых не попала в цель. Samson благополучно прибыл в Эйлат.

Этот эпизод показал плохую координацию между египетскими силами на Красном море - ускользнувший от подводной лодки танкер так и не был атакован ни эсминцами, ни боевыми катерами. В дальнейшем Израиль полностью отказался до окончания боевых действий от судоходства в свои красноморские порты, целиком переориентировавшись на порты Средиземного моря.

В силу этого за весь период блокады египетские корабли так и не смогли задержать или потопить ни одно вражеское судно, хотя сами по себе блокадные действия, бесспорно, достигли поставленной цели.

В качестве средства "ближней блокады" египтяне прибегли к интенсивному минированию вод у занятого Израилем побережья. Мины советского производства (преимущественно типов "Краб" и АМД) ставились с небольших мобилизованных рыболовных судов по ночам, мелкими банками или одиночно, причем достаточно беспорядочно, без единого плана и точного определения места. Особенно интенсивно минировался пролив Губал на подходах к нефтяным месторождениям Абу-Родес.

В период боевых действий ввиду отсутствия судоходства мины не причинили израильской стороне никакого ущерба, но вскоре после окончания войны Судного дня, в ночь с 26 на 27 октября, на двух минах подорвался и затонул шедший в балласте из Эйлата к нефтяному терминалу Абу-Родес израильский танкер Sirius (42 тыс.т). При подрыве шесть членов экипажа получили ранения, и вся команда (40 человек) была эвакуирована израильскими вертолетами[22].

В целом, минно-заградительные действия египтян создали больше всего проблем им самим - в послевоенное время хаотически набросанные мины стали препятствием для всякого нормального судоходства на южных подходах к Суэцкому каналу, а сам египетский флот продемонстрировал полную неспособность самостоятельно бороться с выставленными собственными же усилиями минами.

При попытках послевоенного траления имели место два подрыва египетских тральщиков, после чего Египет обратился с просьбой об очищении от мин своих территориальных вод к США, Великобритании и СССР. С советской стороны, как известно, эта задача решалась в 1974 году отрядом кораблей во главе с противолодочным крейсером Ленинград с применением вертолетов-тральщиков.

Внезапные наступательные действия египетской армии, предпринятые против Израиля 6 октября, были со стороны Красного моря поддержаны высадкой в тот же день египетских вертолетных десантов силами нескольких групп египетских "коммандос" в глубине израильской обороны на Синайском полуострове. В ряде случаев египетские "коммандос" применяли для высадки малоразмерные быстроходные катера и мобилизованные рыбацкие суда. Высаженные десанты были разгромлены израильскими силами.

Опасаясь повторения подобного рода высадок, израильское командование, несмотря на ничтожность имевшихся в его распоряжении на Красном море сил - пять быстроходных сторожевых катеров типа Dabur, вооруженных лишь 20-мм автоматами и 12,7-мм пулеметами - предприняло ряд активных наступательных действий против египетского побережья с целью истребления подобного рода мелких судов, предназначавшихся египтянами для десантных операций, минирования и пр.

Уже в ночь с 6 на 7 октября два катера типа Dabur совершили рейд в бухту Марса-Таламет на западном берегу Суэцкого залива, где уничтожили большое количество резиновых и рыбацких лодок. Затем в ночь с 8 на 9 октября последовал аналогичный набег на Рас-Заафарни, при этом действия катеров были поддержаны налетом израильской авиации. В ходе этого набега, помимо прочего, израильскими катерами в море было потоплено одно из импровизированных египетских патрульных судов. Несмотря на огонь 130-мм египетской береговой батареи, сами израильтяне не понесли какого-либо ущерба.

Наконец, в ночь с 13 на 14 октября пять катеров типа Dabur атаковали скопление из примерно 50 собранных египтянами вооруженных рыболовных судов в порту Рас-Гариб, без каких-либо потерь со своей стороны потопив 19 из них.

После этого господство и на Красном море фактически перешло к израильской стороне. Египтяне больше не предпринимали попыток к высадке, а их катерные силы пребывали в состоянии пассивности, хотя египетские ракетные и торпедные катера представляли для слабовооруженных катеров типа Dabur самую серьезную угрозу . Не имея возможности вследствие отсутствия на Красном море своих ударных единиц уничтожить катера противника другими способами, израильтяне решили ликвидировать их прямо в пунктах базирования, прибегнув к использованию бойцов 13-й флотилии.

В ночь с 21 на 22 октября боевые пловцы проникли в порт Ардака и с дистанции около ста метров обстреляли американскими одноразовыми РПГ М72 египетские ракетные катера пр.183Р, целясь в ангарные контейнеры с ракетами П-15. Один из катеров взорвался и затонул[23].

РК пр.183Р

К концу боевых действий израильтяне наземным транспортом перебросили со Средиземного моря еще несколько катеров типа Dabur, но принять активное участие в действиях на Красном море им уже не пришлось.

Из других боевых эпизодов на данном театре можно отметить предпринятую в первые дни египетского наступления неудачную попытку израильтян с помощью спецназовцев 13-й флотилии эвакуировать морем на моторных лодках одно из прижатых к морю подразделений своих сухопутных войск у Мезаха, пресеченную интенсивным огнем египтян с берега. Предполагавшаяся Израилем собственная крупная десантная операция на Красном море так и не состоялась вследствие общей военной ситуации, и сосредоточенные на этом театре израильские десантные корабли всю войну провели в бездействии.

После 16 октября прорыв израильских войск на западный берег Суэцкого канала и надвигающаяся катастрофа 3-й египетской полевой армии открывали возможность практической реанимации планов высадки израильских частей к югу от Суэца, но их реализация была остановлена перемирием.

ИТОГИ

Если результаты боевых действий на суше в Октябрьской войне 1973 года до сих пор остаются предметом дискуссий военных историков и даже дают основания арабской стороне заявлять о своей "победе" (правда, относя это почему-то к началу кампании, а не к ее концу!), то успех ВМС Израиля в боевых действиях на море абсолютен и неоспорим. Редко когда морская история видела столь яркие примеры нанесения решительного поражения противнику и завоевания господства на море в самых классических его формах. Фактически уже через неделю после начала кампании ВМС Египта и Сирии на Средиземном море были разбиты морально и материально, загнаны в базы и принуждены к полной пассивности.

Блокадные действия египтян на Средиземноморье были полностью свернуты и доставка грузов морским путем в Израиль осуществлялась без каких-либо помех. В то же время побережье и порты Египта и Сирии сами стали объектами блокады и регулярных и практически безнаказанных нападений израильского флота.

При этом Израиль не понес совершенно никаких потерь в корабельном составе.

Причины этого очевидны. Это в первую очередь резко проявившееся качественное превосходство ВМС Израиля в средствах вооруженной борьбы, основными из которых стали противокорабельные ракеты и средства противодействия им. В Израиле еще при создании своего противокорабельного управляемого оружия поняли, что при наличии таких же по назначению ракет у врага конечный успех будет принадлежать не тому, кто сможет просто применять ПКР, а тому, кто окажется способным более успешно противодействовать ПКР противника. Мало успешно применять оружие - важно столь же успешно ему противодействовать. Эта дальновидность была с лихвой вознаграждена в 1973 году.

Высокоэффективные автоматизированные средства РЭБ стали средством практически "обезоруживания" арабских флотов, в принципе оказавшихся неспособными действовать в условиях ведения радиоэлектронной борьбы.

Вторым важным фактором стало умелое владение вверенными оружием и техникой личным составом ВМС Израиля, четко отработанное и грамотное боевое применение имеющихся сил и средств израильским командным составом, инициативность, агрессивность и настойчивость, проявленные комадованием израильского флота. Имеющиеся в его распоряжении немногочисленные силы использовались с максимальным напряжением - за период конфликта израильские ракетные катера совершили более 100 выходов в море. При этом с самого начала ставилась задача переноса боевых действий к побережью противника, навязывания ему своей воли и захвата инициативы.

Руководство ВМС Израиля осознавало, что более слабые в количественном отношении силы в боевых действиях на море могут компенсировать численное неравенство по отношению к противнику только инициативными наступательными действиями.

В противоположность израильской стороне командование ВМС арабских государств, прежде всего Египта, продемонстрировало практически полное отсутствие воли к достижению поставленных целей. Особенно хорошо это видно на примере блокадных действий в Средиземном море. Именно там, где возможности ВМС Израиля по эффективному противодействию были минимальными, и где египетский флот ждала практически гарантированная "добыча" наблюдается полное сворачивание всякой активности.

При наличии примерно 25 самолетов Ту-16 с большим радиусом действия, практически незанятых в боевых действиях на суше, не предпринималось даже попытки организовать воздушную разведку на путях движения судов в израильские порты (прежде всего на маршруте Крит-Хайфа) и нанесение ударов по ним.

Конечно, можно говорить и о политических мотивациях такого поведения египетской стороны вследствие уже начатой Анваром Садатом переориентации на Запад и нежелания в связи с этим излишне обострять отношения с США нападениями на суда с американскими поставками для Израиля.

Всего ВМС Египта и Сирии выпустили в войне 1973 года, по разным данным, от 52 до 54 ПКР П-15 и минимум 4 береговых ракеты С-2. Ни одна из этих ракет так и не попала ни в одну морскую цель. Из более чем тысячи израсходованных арабской береговой артиллерией снарядов в цель попал только один. ВМС Израиля израсходовали 55 ПКР "Gabriel" Mk1. Согласно официальным израильским данным, в цель попало 85 процентов из них, что представляется преувеличением. Тем не менее, эффективность этих ракет при полном отсутствии у противника средств противодействия им оказалась чрезвычайно высока.

Всего ракетами и артиллерией флотилии израильских ракетных и артиллерийских катеров были потоплены морской тральщик пр.254, восемь ракетных катеров (пять пр.205 и три пр.183Р), один торпедный катер пр.123К, три транспортных судна, два малых судна. Израильской авиацией был уничтожен один ракетный катер пр.205, а израильскими диверсионными силами - два ракетных катера пр.183Р и один малый десантный корабль[24].

На Красном море израильтянами было потоплено большое количество малых плавсредств и мобилизованных рыболовных судов. Военный же и гражданский флоты Израиля никаких потерь в корабельном составе в ходе непосредственно боевых действий с 6 по 24 октября не понесли. Личный состав ВМС Израиля потерял трех человек погибшими (все из состава сил специального назначения - два из 13-й флотилии и один из "Отряда 707") и от 18 до 24 ранеными.

Уникальность морской войны 1973 года в ряду послевоенных локальных конфликтов состоит в том, что она проходила при практически полном отсутствии такой мощной и ключевой силы в современных боевых действиях на море, как авиация. Это объясняется полной загруженностью ВВС обеих сторон напряженными боевыми действиями на сухопутном фронте (за исключением, как уже говорилось, египетских Ту-16, игравших роль "белых слонов"). В то же время ясно, что сколько-нибудь значительное применение авиации одной из сторон оказало бы серьезное влияние на ход боевых действий на море, серьезно осложнив положение противника вследствие явной слабости катерной ПВО всех воюющих флотов.

Еще одним характерным обстоятельством является неприменение на Средиземноморском театре минного оружия, недооценку которого можно рассматривать как серьезное упущение обеих сторон. Даже незначительные оборонительные минные заграждения с арабской стороны создали бы значительные помехи еженощным рейдам больших израильских катеров.

В свою очередь, применение изральтянами мин в качестве дополнительного средства блокирования вражеских портов почти наверняка привело бы к их полной закупорке на очень длительное время - учитывая неподготовленность египетских ВМС к противоминным действиям, продемонстрированную по окончании конфликта.

События 1973 года продемонстрировали, что ракетные катера советской постройки пр.183Р и 205, концептуально ориентированные прежде всего на нанесение "неотразимых" ракетных ударов по крупным надводным кораблям противника, причем, как подразумевалось, без какого-либо противодействия с его стороны, оказались малоэффективными в современном морском бою.

Выяснилось, что "чудо-оружие" - ПКР - вовсе не является неотразимым, а ракетным катерам в прибрежных водах гораздо чаще приходится вести борьбу не с крупными надводными кораблями, а с такими же "легкими силами" и боевыми катерами противника, к чему советские РКА не приспособлены ни в плане характеристик ракетного оружия и количества его боезапаса, ни по радиэлектронному вооружению, ни по фактическому отсутствию на них сколько-нибудь серьезного артиллерийского вооружения.

По сути, ракетные катера пр.183Р и 205 и его модификаций могли действовать только в полигонных условиях - и именно в таких условиях ими были достигнуты вызвавшие определенную эйфорию в СССР успехи в 1967 (потопление Eilath) и 1971 (удары по Карачи) годах. К сожалению, урок 1973 года оказался в значительной мере не востребованным отечественными ВМФ СССР и военным кораблестроением, где вплоть до настоящего времени, как представляется, отсутствует четкий взгляд на развитие прибрежных сил и на их задачи и место в составе флота.

Вследствие скудности и противоречивости источников относительно многих боевых эпизодов Октябрьской войны 1973 года на море до сих пор нет должной ясности, и их описание носит в значительной мере "реконструктивный" характер. Автор будет благодарен за любые уточнения и замечания. Автор особо благодарен Цефе за любезное разрешение пользоваться материалами сайта www.waronline.org и Олегу Грановскому за предоставление интересной информации по данной теме.

Подбор фотографий и рисунков к статье - knight777:

"Русская сила"

"Российский флот"

Vadim'у

"Военно-морская коллекция"

muxel и knight777

К16/18

www.waronline.org

Joomla Software solutions Template

Боевые действия на море в ходе арабо-израильской войны 1973 г.

Экзетер

Ссылки по тексту

Источники

Главное меню

Комментарии